В Новороссийске издана книга о бывших малолетних узниках + видео

Председатель Новороссийской общественной организации бывших малолетних узников фашизма Валентина Кривенда выпустила сборник из 27 пронзительных очерков-воспоминаний.

Книга называется «Память о детях войны: «Это забывать нельзя». Все авторы – из Новороссийска. Они описывают чудовищные по своей жестокости эпизоды из собственной жизни скупыми словами, почти без эмоций. Слезы – выплаканы, их детство закончилось, когда началась Великая Отечественная война.

Валентина Павловна не скрывает, что некоторых авторов написать воспоминания она уговаривала годами.

– Истории бывших малолетних узников я собирала 15 лет. Все они коренные жители Новороссийска, угнанные в плен вместе с родителями и вернувшиеся сюда после освобождения. К сожалению, семеро из них уже ушли из жизни.

«Мы не герои, мы оставшиеся в живых свидетели и участники страшных военных событий 1941-1945 годов. И когда мы говорим о себе, мы говорим о наших мамах и бабушках. Это они, наши труженицы и защитницы, великомученицы, согревали нас своей любовью и закрывали собой, когда назревала опасность», – пишет Валентина Павловна.

Давайте прочтем самые пронзительные воспоминания.

До потери сознания

Валентина Мищенко:

«Нас, пятерых мальчиков и столько же девочек, довезли до небольшого хутора Инкерман под Севастополем, где поселили в бараке. Была зима 1942 года. Время от времени, несколько раз в неделю, у нас брали кровь из вен.

Приходил офицер, брал за руку ребенка и вел его в лабораторию, нас укладывали на кушетку, привязывали к ней и набирали кровь.

Вся эта процедура очень изматывала, у меня брали кровь до потери сознания. После этой процедуры я была «никакой». Меня поднимали на руки, как тряпичную куклу, и так доносили до барака, бросали на кровать».

Было очень страшно

Валентин Капуста

«Мне шел седьмой год. Помню, что множество людей фрицы собрали на «Каботажке». Оттуда нас, новороссийцев, везли баржами в Крым, высадили в Керчи. До лагеря еще долго шли через степь. Я был слабенький, отставал от мамы со старшим братиком. Мама меня все время испуганно подгоняла. Рядом со мной плелся какой-то немощный старик. Вот он споткнулся, и конвойный застрелил его. Я запомнил, как этот дедушка упал лицом в воду в какую-то канаву. Было очень страшно!

Про лагерь я помню только, что меня несколько раз водили в какой-то домик, подходил немец в белом халате, маске, с большим шприцем для сбора крови. Каждый раз я терял сознание. Может, уморили бы до смерти, но нам повезло. Среди фашистов тоже попадались люди. Сам я этого не помню, но мама рассказывала, что один часовой показывал ей фотографию сыновей, мальчиков примерно наших с братиком лет. Пожалел нас. Сказал, когда будет дежурить ночью, чтобы мы бежали.

Побег нам удался».

«Лучше убейте»

Валентина Розип (Иванова). В начале войны ей было 6 лет.

«1943 год – в городе (Новороссийске, – прим.ред.) – немцы. Облавы, расстрелы, казни, фашистская речь. Из дома нас выгнали, живем в подвале – 7 человек, голод, страх.

Расстреляли моего дядю раненого (бабушка прятала его в яме), приняв его за еврея, он был чех. Убиты две девочки (10,13 лет), наши соседки. Повешенные трупы на деревьях с надписями: «Так будет со всеми». И насильственный угон из города всех жителей. На морвокзале грузили людей на машины, баржи и переправляли в г. Керчь. Далее – на железнодорожных открытых платформах, в вагонах для перевозки скота, порой на повозках.

Концлагерь недалеко от Нюрнберга. Мы находились там почти два года.

Жуткий фашистский режим, бежать невозможно, голод, холод. Кормили бессолевой пищей: кусочек хлеба и суп из брюквы. У меня началась экзема – от кисти до локтя гнили руки. Шеф лагеря (жуткий тиран) приказал руки ампутировать. Мама сказала: «Лучше убейте нас, ампутировать не дам». Помог случай. Один узник из мужской половины лагеря (это был польский врач, старенький больной человек) подсказал достать соли и над горячими парами держать руки. Это помогло».

Украденное детство

Валентина Кривенда

«Мне было пять лет, когда мы оказались с мамой, младшей сестренкой, бабушкой и маминым братом-подростком в фашистском лагере под Львовом.

Если ребенок плакал, то его кидали в глубокую яму, откуда уже нельзя было выбраться живым. Это все происходило на глазах у матерей, которые кидались тут же за своими детьми и погибали.

Моя мама знала немецкий язык, но тщательно это скрывала. Однажды она услышала, что у маленьких детей фашисты будут брать кровь. Тогда мама, а она была врачом, что тоже скрывала, решила сделать нам, детям, ранки на голове. Было очень больно. Но мы терпели. Наутро мама объявила: «Инфекция, инфекция!». Фашисты знали это слово, и наш барак обходили стороной, даже брезговали подойти. Так мама нас спасла.

В 1944 году нас освободили советские войска. Еще три месяца мы пешком добирались до Новороссийска. От города остались руины. Но в нашем доме уцелел подвал – этаж под цоколем, без окон.

Наш папа погиб в 1945 году, подорвался на мине. Но мы не сразу об этом узнали».

Почти каждая история бывшего малолетнего узника заканчивается признанием в любви к своему родному городу-герою Новороссийску.

«Мы, ваши прабабушки и прадедушки, завещаем вам любить свой город, дом, любить жизнь!» – говорится в предисловии книги.

Если вы хотите почитать этот сборник, обратитесь в библиотеку им. Баллиона, где проходила презентация книги и куда Валентина Кривенда передала несколько экземпляров.

novorab.ru

• 

  Ваше имя

  Тип комментария   Нейтральный Положительный Отрицательный

  Комментарий

   

   

  

  Укажите ваше имя!

  Заполните поле комментарий!

  Введите результат полученной суммы правильно!

  Отправить комментарий