«Проявлю себя в бою, и все по-другому пойдет», – сказал Никита Литвинов матери перед последним боем

«Если бы у них получилось, мы бы сильно продвинулись вперед…» – написал сослуживец Никиты Литвинова убитой горем матери. Как погиб ее сын, Марина точно не знает. Увиденные в ростовском морге фото дают надежду, что он ушел мгновенно, а сообщение от боевого товарища веру, что все не зря, что до самого последнего мгновенья ее Никитка, как обычно, думал не о себе, а об общем деле.

Крохотная, но уютная квартира. Ее Марина купила на деньги, полученные после гибели сына.

– Никита хотел, чтобы у его младших сестричек был свой угол, которого никогда не было у него, – рассказывает мама героя.

В Новороссийск семья переехала в 2021-м. До этого жили на Алтае, в Сибири, Эстонии и снова на Алтае. У Марины пятеро детей: Ксения, Анастасия, Никита, Анита и Анна. Две младшие девочки – двойняшки. Сегодня им по 14 лет и именно на них мама оформила жилплощадь, исполнив мечту сына.

На спинке дивана, в ожидании Дня Победы, три портрета (наша встреча состоялась накануне праздника – прим.ред.). Две фотографии – черно-белые. На них пожилые мужчины-фронтовики: прадед и дед Марины Литвиновой. Третье фото цветное – Никита. Ему навсегда 25. Второй год он участник «Бессмертного полка».

Он родился мужчиной. Из маршрутки всегда выскакивал первым и подавал руку маме. Идя с ней из магазина, забирал пакет, закидывал на спину и, согнувшись, топал вперед.

– Я стала хитрить, – улыбается Марина, глядя на фото сына. – Покупала что-нибудь легкое, а потом сама, без него, бегала в магазин, чтобы он тяжести не таскал.

Когда мальчику было шесть лет, семья переехала в Таллин. Там отец нашел работу огранщиком алмазов.

Марина вспоминает один случай. Как-то эстонские младшие школьники попытались запретить Никите и другим русским детям гулять во дворе. Наш герой решил проблему оригинально: предложил на спор съесть стручок жгучего красного перца: кто справится не поморщившись, того и двор.

– Никита выиграл. Домой пришел весь красный, я его отругала, потому что боялась за проблемный желудок сына, объясняла, что так нельзя, а он посмотрел на меня серьезно и сказал: «Я все знаю. Но так было нужно».

В шесть лет Никита сам с двумя пересадками добирался на занятия по подготовке к школе. Ему с легкостью давалось изучение иностранных языков и математика. За три занятия в бассейне освоил все виды плавания, любил ходить на борьбу, а в подростковом возрасте сам занимался спортом с пацанами на дворовых площадках.

– Нашу жизнь в Эстонии легкой не назову, но именно там я впервые почувствовала, какой великий праздник День Победы. Вопреки запретам властей, штрафам, люди продолжали отдавать дань памяти воинам-освободителям. Когда из центра города памятник «Неизвестному солдату» перенесли на кладбище советских воинов, тысячи людей приходили туда. Постамент утопал в цветах. Нескончаемая волна людей шла на кладбище. Полиция штрафовала за георгиевские ленточки, но их все равно носили. Из каждого автомобиля звучала песня «День Победы». Но самым мощным был момент, когда весь транспорт в городе замирал и водители нажимали на клаксоны. Этот гул пробирал до костей.

Никите было 9, когда семья вернулась на Алтай. Родители развелись. Финансово отец бывшей жене и детям не помогал. Видя, как тяжело маме одной растить их троих, мальчик стал подрабатывать.

Когда сынок принес первые деньги, Марина удивилась и испугалась: «Не украл ли?». Оказалось, что подработал в магазине – помог разгрузить куриные окорочка. Следующие деньги заработал, перенося коробки переезжающим соседям, потом помогал дворнику красить детскую площадку.

– Однажды забегает домой и с деловым видом просит инвентарь для уборки подъездов, – смеется Марина. – Он обошел все окрестные дома, составил список, кому требуется уборка подъездов, составил график и начал так зарабатывать. А через какое-то время уже сам не мыл: нанял старшую сестру, платил ей зарплату, остальное отдавал мне на хозяйство.

После 9 класса по настоянию матери Никита поступил в техникум на автослесаря. Учебу бросил, объяснив решение тем, что сейчас для него важнее работать, ведь к тому времени на свет появились младшие сестрички-двойняшки.

– Как же он любил Анюту и Аниту, с каким трепетом гладил мой живот. Не отходил от них после рождения, по возможности баловал. Даже когда стал взрослым, я и девочки были для него главной ценностью, в каждом телефонном разговоре из зоны СВО спрашивал, как у нас дела.

Никита работал на стройке, а незадолго до ухода в армию организовал свою бригаду и стал прорабом.

На «срочку» попал в Росгвардию.

– Я так удивилась, у него же образования никакого не было. Зато было большое желание служить. Он же с детства представлял себя военным. Одежду носил или белую, или «воинскую» – только в цветах хаки, ничего другого на него невозможно было надеть. А еще Никитка был левша, и все время показывал левой ручкой какой-то жест. Потом уже, пересматривая фото, вспоминая, поняла, что это была детская версия «джамбо» – символа, ставшего визиткой «вагнеров», словно он уже тогда знал, что его ждет.

Марина была уверена, что сын останется на контракт, но он отказался. За два года службы в Подмосковье соскучился по дому.

Что произошло дальше, мать точно не знает. Еще в школе сын ей говорил о торговле наркотиками в стенах учебного заведения. Отслужив в Росгвардии, Никита посчитал, что должен с этим что-то сделать.

– Начал ездить по городам, говорил, что раскрыл сеть, что знает, кто за этим стоит. Но разве мог 20-летний парень противостоять наркокартелям? Его посадили на 8 лет, якобы за распространение. Как мне сказали позже знакомые в органах, сын залез туда, куда не надо было.

Срок Литвинов отбывал в спецколонии для бывших силовиков в Иркутской области. Отсидев 3,5 года, заключил контракт с ЧВК «Вагнер» и ушел на СВО. Было это в ноябре 2022-го. О решении сына Марина узнала от сотрудницы колонии, которая прислала ей фото письма Никиты.

Женщина вчитывалась в строчки, написанные таким знакомым почерком, но они расплывались из-за застилавших глаза слез: «Мам, мы выезжаем…».

Марина вступила в разные группы мам «вагнеров». Знала, что первые полгода звонить близким парням запрещено, а если позвонил, значит, ранен, но спрашивать об этом нельзя.

Женщина сохранила себе список телефонных номеров, по которым звонят из госпиталей, его постоянно пополняли родственники. Так что, когда раздался звонок с одного из них, все поняла.

– Ты заболел?

– Да, мама. Заболел.

– Сильно?

– Нет, не волнуйся.

За полгода «заболевший» сын звонил дважды.

– Я на 10 кг похудела. Следила за новостями, молилась, чтобы ребята скорее взяли Бахмут и остались живы.

Долгожданное событие случилось 23 мая 2023-го. Ровно через шесть месяцев, как Никита оказался на СВО. А уже на следующий день Марина встречала сына в Ростове: он был жив, свободен и впервые ехал в Новороссийск – город, где теперь жила его семья.

– Он ничего не рассказывал, отшучивался, когда спрашивала про шрамы от осколков, а они у него были и на шее, и на спине, и на ногах. Спрашивала, за что медаль «За отвагу» – промолчал. Никитка вообще всегда скромным был, предпочитал поступки словам.

Год Никита прожил в Новороссийске. Устроился на работу в сфере развлечений. Собрал команду, организовывал разные мероприятия, а каждую свободную минутку старался проводить с мамой и сестренками.

Оглядываясь назад, Марина жалеет, что порой из-за работы отказывалась от поездок с сыном куда-то, все думала: впереди еще много времени, ведь он обещал, что на СВО больше не пойдет…

– Про второй контракт я узнала, когда он уже был в учебке, в июне 2024-го. Волновалась? Конечно, но не осуждала, не ругала. Задача мамы поддерживать ребенка, какую бы судьбу он себе не выбрал. Это была его судьба.

Позывной Никита оставил себе тот, который ему присвоили в «вагнерах» – «Инфант». Попал на Луганское направление. В подразделении из 20 человек четверо – «вагнера». В телефонном разговоре, парень как-то обмолвился, что, имея боевой опыт, им приходится обучать остальных, потому что некоторым бойцам всего по 19 лет.

Уже после гибели сына Марина узнает, что между собой парни звали Никиту – командиром, считали своим наставником.

19 августа, поздним вечером, между самыми близкими людьми состоялся последний телефонный разговор.

– Мам, мы работать уходим. Я какое-то время буду без связи. Потом позвоню. Ты не волнуйся, проявлю себя в бою, и все по-другому пойдет, меня заметят. Ты же всегда хотела, чтобы я был военным? Люблю тебя, и сестренок, привет им.

Ни волнений, ни предчувствий у Марины не было. Заволновалась, лишь когда ей позвонила мама одного из сослуживцев сына, совсем молодого парнишки. Он уходил вместе с Никитой на боевое задание. Женщина радостно сообщила, что сын позвонил – живой.

– Выслушала, сердце неприятно кольнуло, почему же мой молчит? Спустя время, когда осмыслила ситуацию, перезвонила ей, попросила узнать, за сына и услышала: «А вам Никита не позвонит больше…».

Марина не поверила. Это ошибка. Ее сын – боец. Он не мог погибнуть. Начала поиски. Откуда-то нашла все необходимые телефоны, узнала номер части, по кусочкам пыталась воссоздать события того дня, но версии разнились.

– Сын той женщины, которая мне сообщила про Никиту, говорил, что на задание их выдвинулось пять человек. Одного сразу ранило. Его эвакуировали. Никита и «Цыган» приказали молодым пацанам бежать назад в блиндаж, а сами куда-то рванули. «Если бы у них получилось, мы бы сильно продвинулись вперед…» – переслали мне сообщение от сослуживца. Это все, что я знаю.

Никите Литвинову присвоили статус «без вести пропавшего». Марина надеялась. 29 октября позвонили из войсковой части: из ростовского морга пришла информация о совпадении отпечатков пальцев. И тут же, без пауз, поинтересовались, где будут похороны, потому что тело готово к отправке.

– Трубку положила. Мир рухнул. Хотела рыдать, нет, выть, но взяла в себя в руки: «Сначала надо решить все вопросы, а потом можно дать волю чувствам». Планировала поехать в Ростов, попрощаться, но мне сказали – не успею. Датой смерти поставили 22 августа 2024-го.

Я не видела сына, хотя настояла вскрыть гроб в морге в Новороссийске. Меня отговаривали в военкомате, психологи не советовали, все же 2,5 месяца прошло после гибели. Настояла на своем, а подойти не смогла. Только вещи передала, чтобы в гроб положили: его парфюм, белую футболку и носочки.

1 ноября 2024-го Никиту Литвинова похоронили на Аллее славы кладбища на горе Щелба. Орден мужества «Инфанту» присвоили посмертно.

Спустя три месяца после похорон Марина поехала в Ростов к следователям. Хотела убедиться, узнать причину смерти.

– Там мне показали все фото… Улыбка его. Ножки были целенькие в штанишках, ботиночки, а левой руки не было, которой он все время «джамбо» показывал и грудь – одни ребра белые…

3 марта 2025-го у Никиты Литвинова родилась дочь Марья. Парень узнал о беременности подруги незадолго до отправки на СВО и успел лишь обсудить имя будущего сына или дочки. Он очень ждал этого ребенка.

novorab.ru

• 

  Ваше имя

  Тип комментария   Нейтральный Положительный Отрицательный

  Комментарий

   

   

  

  Укажите ваше имя!

  Заполните поле комментарий!

  Введите результат полученной суммы правильно!

  Отправить комментарий