На СВО у Кости Шибанова из Новороссийска был позывной «Костер». Он сгорел за своих

Практически половину своей недолгой жизни Константин Шибанов посвятил Новороссийскому центру поисковых работ. Часами сидел в архивах, работал в полях, возвращая имена героям Великой Отечественной. На СВО он ушел добровольцем, потому что слишком хорошо знал историю: фашизм надо остановить, пусть даже ценой собственной жизни.

Солнечные лучи пробивались сквозь ветви деревьев и ложились кляксами на молодую зеленую поросль. Скинув с плеч рюкзаки, парни уселись отдохнуть на поваленное дерево.

– Давай передохнем чуток и потом начнем, – сказал кто-то из поисковиков, обращаясь к Шибанову.

Костя в ответ улыбнулся, слегка прищурив глаза, и продолжил готовить к работе свой металлоискатель.

– Что сегодня найдем? Оракул, предсказывай, ведь 9 из 10 твоих прогнозов сбываются, – засмеялись парни.

– Найдем… – Костя замолчал, запрокинул голову, подставив лицо солнышку. – Найдем каску, штык или винтовку, как получится.

Лес наполнился радостными возгласами поисковиков и пожеланиями, чтобы все предсказанное сбылось.

В доме Шибановых под одной крышей жили несколько поколений. Костик – единственный, долгожданный ребенок. Он рос в атмосфере безусловной любви, при этом не был избалованным эгоистом.

С пяти лет Константин занимался карате, умел постоять за себя и своих друзей, причем дружбу водил обычно с ребятами постарше. В первом классе поступил в музыкальную школу – учился играть на флейте, а после на саксофоне.

Вечерами Костя читал книжки по истории или перебирал свою коллекцию значков. По воскресеньям ходил к новороссийскому планетарию, где собирались члены общества коллекционеров, в котором состоял, несмотря на юный возраст.

Но, пожалуй, самым любимым времяпрепровождением Константина было общение с родными. Когда дедушка приходил с работы, он помогал ему ухаживать за огородом, с интересом слушал рассказы бабушки о ее детстве, о детстве ее родителей, о прапрабабушке. В семье Шибановых трепетно относились к сохранению памяти о предках.

– Может быть, эти наши традиции и послужили отправной точкой увлечения сына историей. Недаром же говорят: история семьи – история страны, – начинает рассказ Анна, мама Кости, перебирая пальцами края кухонной скатерти. – Он знал, за что получена прадедом на войне каждая медаль. Бережно их хранил. Одна бабулечка с нашей улицы передала Костику медали времен Великой Отечественной своей семьи. Боялась, наверное, что после ее смерти их потеряют, а наш сын сохранит. Она была права. Ко всему, что касалось подвига народа, у Кости было трепетное отношение.

Любовь мальчика к истории, умение собирать и систематизировать информацию оценили педагоги гимназии №6, в которой Константин учился. Когда организовывали музей, пятиклассника Шибанова привлекли к этому важному делу. Костя помогал оформлять экспозиции, водил экскурсии для учеников и гостей образовательного учреждения, всякий раз стараясь дополнять рассказы новыми историческими фактами.

В 15 лет для школы сам подготовил проект: собрал портреты всех наших полководцев Великой Отечественной войны и разместил в холле гимназии.

Константину было 12 лет, когда он пришел в Новороссийский центр поисковых работ (НЦПР). В свой первый поход отправился через два года.

Мама и папа до сих пор с улыбками вспоминают то событие. Когда за перевалом, в лесу, исчезла связь, Анна очень разволновалась, готова была ехать искать своего поисковика. Но муж и уверенность, что сын в надежных руках наставников, успокоили женщину.

– У него были такие яркие эмоции после похода, что мы поняли: поисковые работы – это не сиюминутное увлечение, это теперь часть его жизни, – рассказывает Андрей Шибанов, папа Константина. Сколько выходов на поиски останков солдат времен ВОВ было у Константина, трудно посчитать. Шибанов принимал участие как в местных раскопках, например в Гайдуке, когда было обнаружено захоронение расстрелянных немцами местных жителей, так и в Вахтах памяти – мероприятиях, на которые собираются поисковики со всей страны.

После 9 класса Костя ушел учиться в навигацкую школу при «Ушаковке».

– Сыну было 16 лет, когда в Крыму при кораблекрушении погиб дедушка. Тело со дна Черного моря так и не достали. Для нашей семьи эта была трагедия, а для Кости событие стало переломным. Он решил стать морским юристом, хотел отстаивать права моряков и их семей, – говорит Анна.

Константин поступил на юрфак «Ушаковки». В свободное время продолжал заниматься поисковыми работами, был участником «Шхуны ровесников» и реконструкторского движения.

– Сын прилежно учился, окончил юридическую магистратуру. Практику проходил в военной прокуратуре, – вспоминает отец.

После окончания «Ушаковки» Константин сменил несколько мест работы. Начинал в молодежном центре «Вектор», затем был зерновой терминал, Минтранс.

– Уже шла СВО. Костя переживал, что его друзья там, а он здесь. Николай Мельник – наставник сына и очень хороший друг, Михаил Романенко – старший товарищ, руководитель НЦПР, другие ребята – все пошли добровольцами. Они же настоящая каста патриотов! Костя душой терзался, особенно когда Николай погиб, – продолжает рассказ о сыне Андрей.

В майскую ночь 2024-го случился большой налет на Новороссийск. Константин Шибанов был в это время на дежурстве в порту. Тогда многие остро ощутили, что «ленточка» может быть не где-то там, а здесь, в родном городе. Родители считают, что та атака БПЛА стала для Кости решающей.

– Мы хорошо знали сына, но боялись думать, что он уйдет на СВО. Когда Костя в июле женился, понадеялись, что откажется от своих идей, но нет. Через месяц после свадьбы сын сообщил, что через день уезжает в Подмосковье в десантно-штурмовую группу «Русич», – Анна говорит, а голос дрожит.

Константин прошел медкомиссию, окончил школу снайперов, сержантов, обучился минно-взрывному делу. Ему предлагали остаться служить в штабе, но он отказался. Хотел быть полезен пацанам, с которыми познакомился и за которых чувствовал ответственность.

– Нам говорил, что все нормально, что строит блиндажи, а на самом деле он с группой ходил в тыл врага, ставил растяжки и возвращался. Или участвовал в разминировании. Когда кто-то из его ребят погибал, переживал. Принимал на свой счет: чему-то не научил, не предостерег. На СВО у Костика был позывной «Костер», так и сгорел…, – тихо добавляет Андрей.

Анна показывает фотографии в смартфоне: бабушка сидит за столом с чашкой чая, алабай Буслай, или по-домашнему Буся, спасенный семьей от организаторов собачьих боев, спит, растянувшись во дворе, трехцветная кошка крадется по винограднику – эти и другие снимки родители каждый день скидывали Костику.

– Он просил присылать ему фотографии мирной жизни. Говорил, что только там в полной мере осознал, что из таких простых вещей состоит счастье. Обещал в конце декабря приехать в отпуск, – женщина не выдерживает и срывается на плач. Спустя минуту, зажав в руке платочек, берет себя в руки и продолжает. – 10 декабря я услышала странный звук. Смотрю, а это фазан стучит в окно. Удивилась, откуда в центре города фазан? Посчитала хорошим знаком, а все, оказывается, наоборот. Это мне потом рассказали, что если птица стучит в стекло, надо быстро на все оконные ручки повязать красные ленты, чтобы смерть обошла дом стороной… Я же не знала, а вдруг, если бы повязала, сынок остался жить?

16 декабря 2024 года родители поговорили с сыном по телефону последний раз. Через два дня рота Кости попала под минометный обстрел. Он мог лежать и не высовываться, но это было не в его правилах. В документах, которые позже передали родителям, было сказано, что их сын, младший сержант Константин Шибанов, погиб при эвакуации раненых.

– Его жетон, крестик были пробиты осколками. Нам быстро сообщили, буквально на следующий день. А мы даже не знали, что делать с этой информацией? Вроде надо сказать друзьям, знакомым, но люди же к Новому году готовятся, не хотели никому праздники портить, – отец Константина опускает глаза. Видно, как у мужчины от напряжения ходят желваки. – Орден Мужества Косте присвоили посмертно, но мы пока его не получили, ждем из Москвы. Для нас очень важна эта награда. Она словно связь с нашим единственным сыном.

Константина Шибанова похоронили 3 января 2025 года на Аллее Славы кладбища на Щелбе. На следующий день у его товарища, наставника, заместителя руководителя НЦПР Николая Мельника была годовщина со дня гибели на СВО.

novorab.ru

• 

  Ваше имя

  Тип комментария   Нейтральный Положительный Отрицательный

  Комментарий

   

   

  

  Укажите ваше имя!

  Заполните поле комментарий!

  Введите результат полученной суммы правильно!

  Отправить комментарий